Спустя 25 дней после начала израильско-американского наступления против Ирана перебои с поставками сырья через Ормузский пролив продолжают усиливать волатильность на мировых рынках. Сильнее всего сейчас страдают нефть и газ, удобрения, нефтехимическая продукция и алюминий.
Эскалация на Ближнем Востоке уже оказывает серьезное давление на сырьевые рынки.
Масштаб нынешнего шока для последующих звеньев производственных цепочек будет зависеть от того, перейдет ли конфликт в затяжную фазу.
– Симон Лакум, отраслевой экономист Coface
Цены на нефть: временный скачок или долгосрочный шок?
Недавние атаки на газовый комплекс Рас-Лаффан в Катаре спровоцировали новый виток роста цен на энергоносители. Нефть Brent на прошлой неделе поднималась до $119 за баррель. За месяц она подорожала на 50%.
При этом рост цен остается крайне неравномерным. Нефть Oman DME превысила $160 за баррель, тогда как американская WTI торгуется около $100 за баррель. Это показывает, что влияние кризиса сильно различается в зависимости от региона и конкретного сырьевого продукта.
Чем дольше продолжается конфликт, тем заметнее рост цен передается дальше по цепочке создания стоимости. В США розничные цены на обычный бензин достигли исторического максимума – $3,96 за галлон, увеличившись за месяц на 35%. В Азии цены на дизельное топливо в Сингапуре с начала конфликта почти утроились и достигли $256 за баррель. Мировые цены на авиакеросин, по данным Международной ассоциации воздушного транспорта, за тот же период удвоились.
Природный газ оказался в центре перебоев с поставками
Рост цен заметен и на рынке природного газа. В Европе фьючерсы на газ, ориентированные на индекс Dutch TTF, за месяц выросли на 85% – до €55 за МВт/ч. Азиатский бенчмарк LNG Japan/Korea Marker за тот же период удвоился. Это вновь подчеркивает уязвимость рынков, зависящих от импорта энергоресурсов.
На этом фоне рынок США выглядит менее подверженным прямым перебоям с поставками. Однако и там цены находятся под сильным давлением: индекс Henry Hub за месяц вырос на 36%. Это говорит о том, что энергетическая напряженность уже вышла за пределы региона и стала глобальным фактором.
Нефтехимическая продукция стремительно дорожаеy
Страны Персидского залива являются ключевыми поставщиками нефтехимической продукции в Азию¹. Эти продукты необходимы для всей пластиковой промышленности.
В Сингапуре тонна нафты уже стоит $1 000 – более чем на 60% больше, чем в начале конфликта. Напряженность вокруг Ормузского пролива совпала с исторически низкими запасами в Азии, которых хватает всего на 2-3 недели. В результате уже растут цены на полимеры: полипропилен, полиэтилен, полистирол и ПВХ. Теперь это давление может распространиться на всю производственную цепочку.
Похожая динамика наблюдается и на рынке серы. Она используется при выщелачивании² медных и никелевых руд. За месяц сера подорожала на 25%, что создает риски для крупных горнодобывающих стран, сильно зависящих от этих поставок, включая Чили, Демократическую Республику Конго и Индонезию.
Удобрения дорожают, хотя сельскохозяйственный календарь пока смягчает удар
Благодаря доступной внутренней энергии страны Персидского залива³ занимают важное место на мировом рынке удобрений. На них приходится почти 19% глобального экспорта азотных удобрений и 36% мирового объема карбамида. Саудовская Аравия, в свою очередь, является четвертым крупнейшим экспортером фосфатов.
При этом природный газ формирует до 80% себестоимости производства азотных удобрений. Поэтому скачок цен на газ почти автоматически ведет к росту цен на удобрения. С начала конфликта тонна гранулированного карбамида на условиях FOB Ближний Восток подорожала на 37% – до $665.
Пока последствия остаются ограниченными: момент для сельского хозяйства относительно благоприятный. Сейчас, судя по всему, сильнее всего затронуты только американские производители зерна. Но если перебои затянутся, риски станут заметнее для Бразилии, Индии и даже Европы.
Негативный эффект может выйти далеко за рамки прямых поставок удобрений. Для Индии, Бразилии и США на страны Персидского залива приходится соответственно 63%, 24% и 21% импорта азотных удобрений. Кроме того, под ударом могут оказаться третьи страны – например, Марокко, крупнейший в мире производитель фосфатной руды, который сильно зависит от поставок серы из стран Персидского залива.
Алюминий – самый уязвимый металл
При блокировке Ормузского пролива страны Персидского залива, на которые приходится 8% мирового производства алюминия, не могут ни экспортировать готовую продукцию, ни импортировать сырье – бокситы и глинозем, необходимые для работы алюминиевых заводов.
В понедельник, 16 марта, компания Aluminum Bahrain, обеспечивающая 25% производства алюминия в регионе, объявила о приостановке 19% своих мощностей. Это соответствует примерно 5% регионального выпуска алюминия.
Дополнительное давление приходит и из-за пределов Ближнего Востока. Компания Mosal объявила о приостановке операций в Мозамбике⁴, сославшись на чрезмерно высокие энергозатраты. На фоне ухудшения рыночной ситуации алюминий продолжает дорожать: за месяц цены выросли на 11,5%, а 12 марта достигали $3 500 за тонну. За последний год рост составил почти 25%.
> Подготовьтесь к рыночной волатильности: свяжитесь с нашими экспертами, чтобы оценить, как текущие перебои могут повлиять на ваших покупателей или поставщиков.
¹ Нафта, СУГ, метанол, этилен и пропилен.
² Процесс «промывки», при котором целевые минералы извлекаются из содержащей их минеральной массы.
³ Саудовская Аравия, Объединенные Арабские Эмираты, Оман и Катар.
⁴ 1% мирового производства алюминия.
